Политический заключённый, подана жалоба в Европейский суд по правам человека (EGMR), угроза депортации. Ожидается беспрецедентное сопротивление прокуратуры Берлина. Адвокат должен базироваться за пределами Берлина.
Подробнее →Приложение 194_F2 — Высший земельный суд Берлина отклоняет жалобу: средства правовой защиты исчерпаны
Тем самым внутригосударственные средства правовой защиты по этому вопросу исчерпаны. Дальнейшего средства обжалования этого решения нет.
Коллегия дополнительно рассматривает три моих возражения:
1. Отсутствие экспертного заключения по § 454 Abs. 2 StPO. По мнению суда, это не вызывает правовых сомнений: с учётом обстоятельств, изложенных земельный суд (Landgericht) (Земельным судом), возможность условного освобождения была «совершенно нереальной» и «исключена с самого начала».
2. Отсутствие нарушения права быть выслушанным. Согласно записи о судебном слушании 24 июня 2026 года со мной были обсуждены ходатайство Генеральная прокуратура (Generalstaatsanwaltschaft) (Генеральной прокуратуры) об отказе и соображения, на которых оно основывалось.
3. Отсутствие открытого слушания. Принцип § 169 Abs. 1 GVG не применяется к слушаниям в производстве по исполнению уголовных наказаний.
К пункту 1 — круг в рассуждении. По мнению суда, экспертное заключение не требовалось, поскольку обстоятельства с самого начала исключали условное освобождение. Эти обстоятельства — приписанные мне в диагностической процедуре от 17.04.2026 состояния: «чувство гнева», «переживание обиды», «стремление к возмездию»; ни в одном документе не названо доказательство этих характеристик (Приложение 137_F2). Единственный стандартизированный показатель этой процедуры, LSI-R 20, не упомянут ни в одном из решений. Таким образом, недоказанная характеристика становится основанием для того, чтобы не проверять её.
К пункту 2 — запись существует. Коллегия опирается на запись о слушании от 24.06.2026. Следовательно, эта запись имелась и была доступна коллегии — мне она доступна не была. Я указывал на неполную передачу документов (Приложение 132_F2) и получил полный текст заключения прокуратуры лишь 14.07.2026, через двадцать дней после решения (Приложение 148_F2). То, что со мной что-то «обсудили», не заменяет возможности заранее прочитать соответствующие документы.
К пункту 3 — с этим я согласен. То, что § 169 Abs. 1 GVG не применяется к слушаниям в производстве по исполнению наказаний, соответствует преобладающему мнению. Этот пункт я далее не оспариваю.