Отказ в доступе к еврейской общине
Согласно действующему праву, контакт с признанной государством религиозной общиной, имеющей статус публично-правовой организации, нельзя ограничивать ни при каких обстоятельствах. После того как стало известно, что через еврейскую общину я искал новых адвокатов для расследования в отношении Oberstaatsanwalt Вакс (Wachs) (OStA, старшего прокурора), в этом контакте мне систематически отказывали на протяжении месяцев.
Заявление в Генеральная прокуратура Берлина (Генеральная прокуратура (Generalstaatsanwaltschaft) Берлин) (Генеральную прокуратуру Берлина) о разрешении звонков на номер 030/21280830.
Социальная работница тюрьма Моабит (JVA Moabit) (исправительного учреждения Moabit), госпожа Gaedke, сообщила мне об устном отказе OStA Вакс, сопровождавшемся запретом выдавать мне письменное решение.
Я просил суд разрешить телефонный контакт с раввином Segal, а также признать незаконным непредоставление мне решения OStA Вакс об отказе.
В письме в свободной форме судья Гросс отложил моё заявление, выразил удовлетворение отказом в телефонном контакте и также отказал в запрошенном разъяснении порядка обжалования. О непредоставлении письменного отказа он не сказал ни слова.
Несколько дальнейших заявлений руководству тюрьма Моабит о разрешении звонков на номера еврейской общины и Zentralrat der Juden (Центрального совета евреев), каждый раз с подробным изложением правовых оснований.
В отдельном заявлении, внесённом в протокол Rechtspflegerin (судебным служащим с самостоятельными процессуальными полномочиями), я прямо просил разрешить телефонный контакт с другим раввином без контроля согласно § 119 Abs. 4 Nr. 18 i.V.m. § 53 Abs. 1 Nr. 1 StPO.
Оценка
По моей собственной реконструкции последовательности событий, эти систематические отказы начались сразу после того, как компетентным органам — после наблюдения LKA за визитом адвоката — стало известно, что через еврейскую общину я искал новую юридическую помощь для расследования в отношении OStA Вакс. Такая временная связь — моя собственная оценка; формального доказательства причинной связи нет.